Трудно представить себе местность без ивы. И хоть в семействе ивовых всего-навсего 400 видов, из которых часть падает на долю тополей, ивы встречаются буквально на каждом шагу.
Выступают форпостом леса в тундре и в горах. Обрамляют берега северного и южного полушарий.
В Южной Африке местные жители при необходимости форсируют реку Оранжевую на бревнах из капской ивы.
Такую переправу считают надежной. Садятся верхом на бревно и переправляются без хлопот.
Но все-таки ивы больше распространены в умеренной зоне. Половина в нашей стране. Каждая со своими особенностями. Раньше всех цветет в средней России краснотал, верба. Вербу и деревом трудно назвать. Скорее это куст с красными ветками.
С узкими голубоватыми снизу листьями. И серебристыми зачатками соцветий. Цветет, когда еще и листьев нет, в середине мая. У других ив только набухают сережки, а у вербы уже разлетаются семена. Падают на воду.
Пока плавают, прорастают. Потом опускаются на дно и закрепляются там пучком волосков. Могут продолжать расти под водой, пока не кончится паводок. Часто бывает, что волны вышвыривают проростки на песок. Те ложатся ровным рядком.
Когда уровень воды в реке падает, волны добавляют новую партию прорастающих семян, и на мокром песке возникает следующий рядок, чуть ниже первого. По мере того как вода убывает, новые и новые рядки ивовых сеянцев выстраиваются на берегу, словно их посадили рядами нарочно.
Последним цветет и плодоносит у нас белотал, ива миндальная. Ростом пониже вербы. Листья пошире. Ветви тусклые. Семена летят в начале июня, когда половодье давно закончилось, песок высох и прогрелся.
Для прорастания семян условия самые невыгодные. Нежные всходы обречены на высыхание. Под лучами июньского солнца сеянцы бессильно поникают, ложатся на горячий песок, прилипая к нему листочками. Такая вынужденная поза оказывается для крохотных ивушек единственным выходом в трудной ситуации.
Под листочками почва отпотевает и увлажняется ровно настолько, чтобы сеянец не погиб. И иссушающий ветер не причиняет ему ни малейшего вреда.
Если ветер засыплет стволик песком, он даст придаточные корни и станет от этого еще сильнее. Корней станет больше.
Ивы, растущие по берегам рек, так хорошо приспособлены к воде, что выносят длительное затопление. Но, если слишком долго залиты водой, потребляют жидкости столько, сколько и не требуется. Иногда происходит забавное явление: ива превращается в дерево дождя.
Поведал об этом академик Н. Холодный. Весной 1931 года во время очень сильного половодья он ехал по реке на лодке в Переяславль.
У берега росла группа старых верб. Лодка прошла под кронами верб, и пассажиров окатил ливень, тогда как на небе сияло солнце. Это переполненная водой проводящая система гнала воду вверх по стеблю под давлением в десятки атмосфер.
Избыток воды сливался через крону. В нашу эпоху, когда повсюду создаются водохранилища, водолюбивые ивы особенно пригодились. Самый опасный враг гидросооружений – волны.
И первое время берега сильно разрушаются ими. Бороться с волнами трудно. На Днепре попытались для этой цели использовать иву. Посадили заблаговременно до заполнения моря. Когда вода подошла к ивам, часть корней оказалась в воде.
Волны выбили грунт из-под корней, и они заплескались в воде. Когда начался шторм, особого прибоя возле ив не было. Ивовые корни гасили силу прибойной волны. А вот что произошло а Голодной степи. Когда там проводили оросительные каналы, намеревались облицовывать стенки бетоном, чтобы не просочилась и не ушла вода.
Но вместо бетона посадили ивы. Корни ив так плотно переплели грунт, что вода не смогла просочиться. А сами ивы украсили монотонный пейзаж. Взаимоотношения с животными у ив складываются по-разному. С насекомыми – блестяще.
При опылении без них ивы обойтись не могут. Рост ив невелик, на ветер рассчитывать не приходится. Даже на Крайнем Севере, где от холодов насекомых становится меньше, ивы сохраняют союз с ними. Доказать это удалось самым простым способом.
Кто-то сказал, что на Севере растения лишены запаха. Другие поддержали, и возникло довольно твердое мнение, что запах цветов – привилегия юга. В. Габрилюк решил проверить, так ли это, в тундре на Чукотке. Действительно, нашлись растения и без запаха (разве так не может быть и на юге!).
Но некоторые пахли, да так сильно, что весь воздух пропитался их ароматом. Среди них оказалась и ива. Канадский ботаник Д. Савиль проверил все арктические ивы у себя в Америке. Ни одна не опылялась ветром. Все – насекомыми. Нектара давали много. Насекомые охотно летали к ивам даже в холодную погоду.
Спасаясь от холода, они шли на бреющем полете на высоте всего в несколько сантиметров от земли, чтобы заполучить свою порцию нектара. Муравьи растаскивают семена ив, возможно, что по дороге теряют и тем помогают расселению. В Якутии невольно помогают возобновлению ив суслики. В степных островах всходы ив появляются только на сусликовых холмиках.
Совершенно по-иному относятся к ивам копытные. Лоси подстригают прибрежные заросли ивняков не хуже, чем садовники в парках.
Там, где лосей разводится слишком много, ивняки исчезают. В сухих горах Средней Азии большой урон приносит домашний скот.
В особенности на Памире. Лесов в сухих высокогорьях Памира, можно сказать, нет. Только вдоль речек поднимаются узкие полоски ивовых зарослей с тополем и облепихой. Ивняки представляют собой лесное царство на Памире.
Еще в конце прошлого века они были столь густы, что ботанику А. Регелю пришлось орудовать топором, чтобы пробить себе дорогу сквозь них. Памирские ивняки в некотором роде напоминают тополевые форпосты в тундре на Анадыре. Только там лес выдвигался в тундру, пользуясь запасом тепла, который несет река.
Здесь, на Памире, ивовые лесочки продвигаются в глубь безлесных гор, пользуясь речной влагой. Скот, который пасется на приречных лугах, вместе с травой прихватывает и сочную зелень местных видов ив – туранской и шугнанской. И заросли ив поредели настолько сильно, что уже не нужно топора, чтобы пробиваться сквозь них. Кое-где кусты съедены подчистую. Но все же и тут есть исключения.
Профессор О. Агаханянц заметил: местами группы ив скот не трогает, и они растут широко и свободно, тогда как их соседи, такие же ивы, объедены под корешок. Выяснил: там, где не объедены, окружены защитной оградой из облепихи. Облепиха колючая, скот ее не трогает, а люди вырубают в последнюю очередь. Постепенно она разрастается вокруг ив.
Трудно предположить, что такое содружество ив и облепихи возникло недавно, когда человек со своими стадами пожаловал в горы. Скорее всего так было и раньше, когда в здешних горах блаженствовали десятки тысяч голов диких копытных. Они тоже поедали всходы ивы, и в те далекие годы ивы находили убежище за колючей облепиховой оградой.
Профессор А. Гурский предложил засадить ивами галечниковые россыпи памирских рек, которые все равно пустуют. На них ни пашни не устроишь, ни лугов. Сказано – сделано. Под его руководством Памирский ботанический сад начал посадки на галечниках. Через семь лет ивы достигли высоты 7 метров. В толщину – размеров бревна!
Пробовали разводить ивы у себя и новозеландцы. Они сажали ивы для защиты почв от разрушения. Все было бы хорошо, если бы не опоссум. Ивовые листья для опоссума оказались несравненным лакомством. К местам посадок стали скапливаться огромные массы зверьков. Не в силах бороться с нашествием опоссумов, люди забросили посадки, и они были тут же уничтожены.