Кормильцы человечества: горох, фасоль и арахис – в природе никогда не пользовались свободой и не встречались большими зарослями. Другие растения вытесняли их на задворки. Когда попытались найти дикого родича гороха, то едва разыскали. И не на теплых равнинах с жирной почвой, а в холодных высокогорьях Кавказа, где и деревья-то не растут.
В дикой природе властвуют совсем другие бобовые – акации. В переводе с греческого «акация» – колючка. Колючки бывают большие и острые, иной раз разветвленные на несколько шипов, которые смотрят в разные стороны.
Правда, не все акации вооружены. В Австралии большая часть их вообще не имеет средств обороны. А их здесь три четверти из 800 видов, которые обитают на земном шаре. Но кто же мог знать в те давние времена, что будет открыта страна акаций – Австралия?
Поэтому обвинять древних греков в неточности было бы несправедливо. Что же касается остальных 200 видов, которые растут в Африке и Передней Азии, то тут греки очень точно подметили их характерную черту – колючки.
Путешественникам колючки так досаждают, что они делят все африканские акации на три группы: первая – рвут одежду, вторая – рвут тело, третья – рвут и то и другое. В Африке до сих пор вспоминают об одном из первых поселенцев, который потерял вола из-за этих опасных деревьев.
Он ловил непослушное животное, чтобы запрячь его. Волу не хотелось трудиться. Он решил уйти от преследования и ринулся в густую чащу. Наскочив с разбегу на живой штык (бывают до полуметра!), он пропорол себе внутренности и, к великой досаде хозяина, тут же испустил дух.
Другой случай произошел со львом. Подкараулив жирафу, которая мирно кормилась листвой акаций, лев прыгнул ей на шею, но промахнулся. Он упал на торчащие колючки. Приезжим долго после этого показывали кости льва, белеющие под деревом, и клочки шерсти, застрявшие в его ветвях.
Туристы, прослышав об этих историях, теперь считают колючки акаций самым экзотическим сувениром. Возвращаясь из Африки, захватывают с собой полуметровые страшилища. Совсем иного мнения об акациях шоферы.
В Индии на дорогах, которые обсажены колючими деревьями, часто спускают шины, если под колесо попадет острый шип. Поэтому шоферы яростно выступают против посадки акаций в придорожных аллеях.
У некоторых акаций колючки бывают такими толстыми у основания, что напоминают луковицу. Муравьи рассматривают их как очень удобные квартиры для поселения. Прогрызают дырочку, углубляются внутрь древесины и выедают содержимое.
На Аравийском полуострове еще сохранились рощи акации-флейты. В ее колючках квартируют муравьи. Когда они просверлят и выдолбят колючки, ветер, врываясь в отверстия, производит характерный свист.
Гораздо больше таких акаций в Центральной Америке. Их там более десятка видов. Ростом с нашу ольху или пониже. Колючки сдвоенные, как рога у вола, торчат в разные стороны.
В Америке их называют волорогими. У всех желтые цветки. Но в цветках нет нектара. Только пыльца. Чтобы чем-то привлечь опылителей, соцветия у них вырастают длиннейшие, цветков масса.
Пчелы, обманутые таким бутафорским приемом, покружатся, пожужжат и летят дальше. Цветков опыляется мало, и бобов созревает тоже немного. Но для продолжения рода вполне достаточно. И «лишние» цветки, не опыленные пчелами, на самом деле не пропадают зря. Не будь их, пчелы бы вообще не прилетели.
Однако нектар акации дают, и немало. Но не для пчел, не для опылителей, а для защитников своих – муравьев. И не в цветках образуется нектар, а на черешках листьев. Нектар для муравьев как бы сладкий чай.
Что же касается более плотной пищи: жиров и белков, то есть у дерева и такой запас. На концах листьев образуются пищевые тельца. Даже в самое трудное время, в сухой сезон, когда акация вынуждена сбрасывать лишние листья, на концах ветвей остаются крошечные листочки, где есть для муравьев немного пищи.
Обеспеченные таким надежным образом, муравьи не остаются в долгу. Они несут постоянную патрульную службу, наблюдая, чтобы не напали на хозяина насекомые-листогрызы. Еще более внимательно следят, чтобы не заполз в крону акации побег лианы, не затенили бы ветви соседних деревьев.
Если такая опасность появится, немедленно ее ликвидируют. Ветку отстригут или окольцуют, и она засохнет. Пользуясь муравьиным покровительством, растут волорогие акации широко и свободно. В высоту стремятся быстро, так как не нужно одевать растущий побег жесткой покровной тканью, защищающей от погрызов.
Единственное затруднение наступает тогда, когда появляется рядом молодняк. Надо бы его пристроить, отдать под защиту муравьям. Но обычно у них все рассчитано. Одна семья патрулирует несколько деревьев.
И только когда возникнет новая семья, молоденькие акации будут «приняты на сохранность». А пока сеянцы должны «встать в очередь». Она может подойти не скоро. И ждут молодняк всякие беды: попадает в тень, оплетается лианами, обгрызается листогрызами и наконец, гибнет.
Связанные общей судьбой с шестиногими защитниками, волорогие акации не могут подниматься высоко в горы, где холодно, и муравьи впадают в оцепенение. Патрулировать начинают вяло.
Долгое время не было известно, почему образуются колючки. В ботаническом саду Страсбурга попытались выяснить истинную причину. Посеяли акации в питомнике и стали давать разное количество света, создавая то условия темного леса, то солнечной саванны. При полном освещении колючки образовывались у половины сеянцев. При затенении решеткой их вообще не было.
Подвели итог: в тени леса колючки не нужны, там мало диких животных, которые могут объесть листву. В открытой солнечной саванне множество травоядных, нужна хорошая защита.
В этом можно убедиться, пронаблюдав за акацией-карру в Южной Африке. У нее колючками хорошо защищена нижняя часть кроны. В верхней, куда животные дотянуться не могут, колючек почти нет.
Акации великолепно приспособлены к невзгодам. Но зато они обычно низкорослы. Не только в пустынях, где не хватает воды, но даже во влажных лесах. Профессор Е. Корнер попытался найти причину низкорослости акаций. Он установил, что виною всему очень крупные и сложные листья.
Дважды перистый лист большого размера трудно питать и снабжать влагой на большой высоте. Слишком велики у него потребности. Поэтому деревья верхнего полога тропического леса имеют листья простые, более экономные.
В сухое время года акации вообще сбрасывают листья и стоят голые. Не подчиняется этому правилу только акация беловатая из Западной Африки. У нее листья развертываются, как только наступает засуха, и опадают в начале дождей.
Причину до сих пор установить не удалось. Подозревают, что беловатая акация слишком светолюбива. Во время дождей, когда небо затянуто тяжелыми тучами, ей не хватает света. Единственный выход: сбросить листья, которые иначе будут тратить на дыхание больше органики, чем создавать заново.
Акация сенегальская в начале дождливой поры долго медлит с развертыванием листьев, и если неожиданно возвращаются сухие дни, то листья так и остаются наполовину развернувшимися. А в жаркие дни кора на стволиках трескается, и из нее выступают капельки сладкой бесцветной камеди – гуммиарабика. Трудно найти лучший клей для тканей и аптечных таблеток.
В Южной Африке акация-карру может годами стоять без листьев, если нет дождей. Ее белые ветви и белые колючки выглядят странными скелетами и придают местности жуткий, мертвенный вид. Но вот наступает влажный сезон, и белые сучья одеваются желтыми пушистыми шариками соцветий. Густой аромат повисает в воздухе. Отовсюду слетаются пчелы.
«Цветет сладкий шип: быть богатому меду!» Раньше сладкий шип был безошибочным ориентиром для путешественников. Где он, там вода. Долго служил такой ориентир, не одному поколению африканцев. Лет триста живет сладкий шип. К несчастью, на его ветвях часто поселяется паразит – омела. Дереву большого вреда не приносит.
Зато листья ее сочны в любое время года. И когда недостает корма, фермеры срубают акацию, даже если ей за сотню лет. Это проще, чем лезть на колючее деревце. Дают скоту обглодать ветки. Поэтому старых деревьев осталось мало.
Чем дальше в глубь пустыни, тем труднее жизнь акаций. Уже недостаточно сбрасывать листья в сухой сезон. В пустыне почти весь год сухо. И вот сам лист постепенно делается проще. Теряет листочки. Наконец остается один черешок.
Правда, он становится широким, как лопаточка. Такой широкий черешок называют филлодием. Замечательно, однако, что у тех акаций, которые имеют филлодии, юные экземпляры несут лист дваждыперистый, как память о далеких предках, которые жили в более сносных условиях. Но такой лист держится недолго. Сеянцы мужают и, отказываясь от ненужной роскоши, приобретают более экономную лопаточку.
В Центральной Австралии, где растут акации с филлодиями вместо листьев, подобные пертурбации происходят и с эвкалиптами. Те и другие растут рядом, и без цветов совершенно невозможно отличить, где акация, а где эвкалипт. Общие трудности сделали их похожими друг на друга. Серовато-пепельные низкие деревца образуют густую чащу.
Ранние поселенцы и путешественники, пытавшиеся пересечь Австралию, вынуждены были остановиться, когда столкнулись с серой стеной филлодийных акаций. Не в силах пробиться сквозь живой барьер, поселенцы нарекли одну из акаций именем «подожди немножко», а другую «смертельным финишем».
Однако некоторые удобства для путешественников такие акации все же дают. У одной из них – мульги – на листьях образуются галлы – уродливые наросты, которые становятся со временем сочными и вкусными, как яблоки. Для путников, оставшихся без еды и питья, такие галлы представляют истинное спасение.
Перистый лист акации теряют и в других трудных ситуациях. В 1913 году геолог Е. Дунн открыл в Австралии акацию, названную в его честь. Это невысокое деревце, метров пяти высотой, с огромными листьями, очень похожими на слоновьи уши, длиной около полуметра. Растет акация Дунна на кварцитовых скалах, почти совершенно без почвы, питаясь лишь той скудной пищей, которая скапливается в расщелинах между камнями.
Семена акаций заслуживают особого внимания. Они очень твердые, тяжелые, с блестящей лакированной оболочкой. Прорастают с большим трудом.
Иногда приходится ошпаривать кипятком. Это помогает, но и тогда все сразу и дружно горошины не наклевываются. В Индии, где акации выращивают давно, считают, что в этом деле могут помочь козы.
Козы едят бобы. Горошины проходят через кишечник без повреждений и потом быстро и легко прорастают. Некоторые фермеры предлагают организовать «службу коз» – держать их специально для обработки семян.
Другие фермеры, не дождавшись организации государственной службы, решили ускорить дело. Они заключили сделку с животноводами, и те передают в аренду стадо коз. Коз загоняют в небольшое помещение и кормят там листьями и бобами акаций. Потом горошины выбирают из нечистот и высевают в питомнике.
Часто бобы акаций бывают очень яркими, окрашенными в красный или черный цвет. Встречаются красные бобы с черными семенами. Или черно-красные горошины. Когда бобы раскрываются, горошины высыпаются, но на землю не падают.
Висят на длинных и очень прочных канатиках. Болтаются на ветру. Для птиц, несомненно, выглядят очень заманчиво. Может быть, горошины напоминают им пауков, висящих на паутинке, или ярко раскрашенных жуков? Профессор Е. Корнер считает, что в далеком прошлом большинству деревьев именно так удавалось привлекать животных и быстрее распространять семена.